Новый телефон, на который никто не звонит и не пишет. Большинство сообщений на sim-карте принадлежат ему... Но мне лучше. Нежность больше не захлёстывает меня при виде его фото. И во сне я больше не ощущаю его рук.
Удивительно, как чувства, согревавшие меня 1,5 года, радовавшие, приносившие тепло, спокойствие и уверенность, могут таять, как снег, оставляющий за собой кучи мусора и грязи, и оставлять за собой горечь, кровоточащие раны и поздно проснувшуюся гордость, требующую "расплаты", на которую я не способна.
Мама говорит, надо отпустить. И я понимаю, что она права. И я отпущу. Я стараюсь... очень-очень стараюсь. Знаю, что ничего не вернуть. Знаю, что не хочу возвращать, да, и не могу. Но что-то ещё держит. Возможно, теперь это просто боль.
Удивительно, как чувства, согревавшие меня 1,5 года, радовавшие, приносившие тепло, спокойствие и уверенность, могут таять, как снег, оставляющий за собой кучи мусора и грязи, и оставлять за собой горечь, кровоточащие раны и поздно проснувшуюся гордость, требующую "расплаты", на которую я не способна.
Мама говорит, надо отпустить. И я понимаю, что она права. И я отпущу. Я стараюсь... очень-очень стараюсь. Знаю, что ничего не вернуть. Знаю, что не хочу возвращать, да, и не могу. Но что-то ещё держит. Возможно, теперь это просто боль.